Житие анархо-иезуита Версия для печати
Monday, 19 October 2009
Автор: Шарапов

 Владимир Сапон. Аполлон Андреевич Карелин. Очерк жизни. Н. Новгород, Изд. Ю.А. Николаев, 2009.

Вышедшая в этом году тиражом всего 200 экземпляров монография нижегородского историка-анарховеда Владимира Сапона посвящена фигуре в истории российского либертарного движения, скажем так, несколько противоречивой - анархо-мистику и члену ВЦИК от фракции анархо-коммунистов Аполлону Карелину (1863 - 1926). Очень корректная и вежливая манера изложения несколько контрастирует с тем, какую реакцию вызывал герой книги у многих современников.

Монография даёт обзор весьма бурной деятельности Карелина - в простом хронологическом порядке на фоне событий эпохи и развития российского революционного движения. Начав нелегальную деятельность ещё на гимназической скамье, сын выдающегося фотографа Андрея Карелина (одна из его работ украшает обложку) занимался пропагандистской и организационной деятельностью по всей империи, куда только ни бросали его судьба и репрессии.

В парижскую эмиграцию «Борода» (так Карелина прозвали не зря: он мог бы соперничать с князем Кропоткиным по размерам этого волосяного украшения) прибыл членом партии эсеров и, по оценке энциклопедии Брокгауза и Ефрона, не слишком выдающимся экономистом. Однако его политические симпатии всё сильнее приближались к анархизму, и, в конце концов, Карелин из ПСР вышел. Именно в Париже Карелин, в ту пору единолично заполнявший своими статьями за разными подписями некоторые эмигрантские анархо-издания, и вступил в масонскую ложу. К началу 1910-ых годов относятся и первые масштабные скандалы из-за «иезуитских», «диктаторских» методов организационной работы, к которым прибегал Карелин. Уже тогда известный анархо-коммунист Николай Рогдаев пустил в ход выражение «карелинщина», обозначавшее сочетание заговорщических методов и мистических обрядов.

После революции, в 1918 году Карелин стал одним из виднейших «советских анархистов», войдя во ВЦИК. Разумеется, это вызвало резкую критику со стороны других анархистов, которые считали его ренегатом. Помимо легальной парламентской роли, Карелин играл также роль вождя «гностического» течения. Из его квартиры в Доме Советов расползались метастазы анархо-мистицизма, который явился чуть ли не самым ярким свидетельством кризиса либертарного движения в России в 1920-ых годах.

Собственно жизнеописание Карелина занимает примерно половину книги. Все утверждения автора подтверждаются ссылками и цитатами из источников. Образ «Бороды» / «рыцаря Сантея» проявляется в тексте не слишком яркий, но зато точный. Никаких красивых, но вряд ли достоверных психологических объяснений его деятельности не предлагается. Кстати, немного неясно, почему, при чрезвычайном изобилии литературного наследия Карелина, автор не особенно останавливается на анализе идей и произведений своего героя. Вторая половина книги состоит из оправдательных документов, по большей части не публиковавшихся ранее - жандармские бумаги (в том числе справки на Владимира Забрежнева, Марию Гольдсмит и Николая Рогдаева), фрагменты полемики в анархической прессе, выступление Аполлона Андреевича на V съезде Советов по вопросу о смертной казни, обширный, унылый и невнятный анархо-мистический трактат «Очерки не-современной психологии» (середина 1920-ых, автор неизвестен, стиль - чудовищная пародия) и, last but not least, суммирующий историческую роль Карелина фрагмент из дневника Алексея Борового от 28 июня 1928 года [Боровой был ярым оппонентом идей и деятельности анархо-мистиков в Кропоткинском музее в конце двадцатых годов, но для этого у него были веские основания – прим. ред.]:

«Возмутительные, преступные истории, о которых нельзя писать...
Получил от Рындева интересный материал о Карелине. Этот пошлый анархический святоша, ханжа, лицемер, иезуит, не останавливающийся ни перед мистификациями, ни перед ложью, ни перед предательскими ударами в спину, теперь мне ясен до конца.
Анархический хлыст без искренности, породивший - то наглых, шарлатанствующих хлыстов (Солонович), то прибитых созерцателей и мистиков (Ангель, Проферансов, Богомолов, «радеющие барыньки» и пр.) - прихлебатель, Хлыстаков... Только теперь понял я цену предубеждений против него у всех - действенных анархистов, имеющих подлинный стаж и бесспорную репутацию. Дурно, что никто в «Гол[осе] Тр[уда]» в своё время не дал мне его характеристики, идущей до конца. Только потому я совершил ошибку - сведя с ним знакомство, чреватое другими - значительно большими ошибками - реставрацией отношений с изолгавшимся Солоновичем, попыткой совместной с ним работы и пр. и пр.».


Книгу В.Сапона можно приобрести в магазине «Гилея» , в том числе в Интернете .