Илья. Помним, конечно Версия для печати
Tuesday, 04 August 2009

Автор: Влад Тупикин

Так вышло, что краткую речь на московских поминках Ильи Бородаенко два дня назад пришлось говорить мне, хотя я его лично не знал и по сети не переписывался. Это потому, что те, кто знал его, попросили меня об этом: сами сил не нашли. И я их очень хорошо понимаю, я и сам нашёл возможным сказать про своего лучшего друга в прошедшем времени только через девять лет после. Поэтому я и не роптал. Сказал, что было в голове. Сказал, что два года назад на экологический антиатомный лагерь под Ангарском напали нацисты, что Илья погиб (здоровенный смелый парень, к тому же не спавший ночью, дежуривший, наверняка нападавшим он показался наиболее опасным), и что нам в Москве некуда больше прийти почтить его память, кроме как к зданию Росатома (не помню, чтобы кто-то из его сотрудников высказал свой стыд по поводу происшедшего летом 2007-го неподалёку от их предприятия, как будто не их обязанность сделать так, чтобы протестующие против них были в порядке, как будто они не понимают, что иначе думать будут и на них; впрочем, в России всё это привычно не стыдно). Сказал, что два года назад, когда известие о гибели Ильи только пришло, в тот же день сюда пришло очень много народу, и тоже были и цветы, и свечечки (хотя сам я сидел в тот день в похожем на безумный улей офисе МПД в Воронеже, меня позвали туда читать лекции об истории протестных движений, и ещё я писал предисловие для своей вышедшей в Воронеже книжки, и как раз написал в нём об Илье). Сказал, что виновные в том преступлении давно уже на свободе, уже более года как выпущены под подписку о невыезде, что суда ещё не было, но что друзья и знакомые Ильи не ждут от него ничего хорошего. И сказал, что я не знаю, что ещё сказать. Что давайте может просто почтим его память молчанием.

И мы помолчали, 17 человек у ограды Минатома, на углу Большой Ордынки и какого-то там переулка. И два автобуса ОМОНа, стоявшие в 20-ти метрах от нас, не понадобились. И кордоны красных скинхедов-антифашистов, прикрывавшие акцию памяти по всей округе, тоже, как вышло, сработали самим фактом присутствия. Мы разошлись кто куда - раздавать листовки, опрокидывать рюмки чая (я без иронии: встретил потом нескольких участников траурной церемонии в кафе неподалёку: никто из них не притрагивался к водке, максимум пиво, а в основном чай да соки). Мы до глубокой ночи спорили с другом, живущим за границей, об Анархии, о Свободе, о России и о всяком таком... Не знаю, получится ли у нас что-то сделать по итогам этого спора... Это, конечно, достаточно частный вопрос: смерть. Поминают всегда те, кому это нужнее, кто помнит, потому что имеет причины помнить. Обычно это те, кто знал лично или через друзей. Всё так. Поэтому я тогда и не пошёл раздавать листовки (хотя хорошо, что они были сделаны), а не только потому, что не хотел отрываться от своего приехавшего на три денька из далёкой загранки друга (отрываться не только на милицию, которая могла принять, но и на прохожих, причём, что обиднее всего, на прохожих во всех смыслах)... Потому и не писал ничего про это. Но сегодня вот передумал. Решил всё же в сеть вывесить эту записку о личных ощущениях. Потому что имеют они, как ни крути, всё же общественную значимость: два года назад нацисты напали на мирный палаточный лагерь, семеро человек отправились в больницы, один погиб, и виновные в этом до сих пор не наказаны, гуляют на свободе и веры в то, что наказание будет справедливым, действительно нет.

Об акциях памяти Ильи Бородаенко, прошедших в разных городах, написано на Индимедии, в ЖЖ и на сайте Автоном.Орг.

О суде над убийцами

Комментарии разрешено оставлять только зарегистрированным пользователям.
Войдите в систему или зарегистрируйтесь.




  


Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze - www.mamboportal.com
All right reserved